"Главной мишенью криминалитета и чиновничьего рэкета становится средний и малый бизнес".
Владимир Путин
 
        
Прямая речь

Александр Тверетин, адвокат


Открытое письмо Генеральному прокурору Российской Федерации
ЧАЙКЕ Юрию Яковлевичу


15 октября 2009 года письмо Генеральному прокурору РФ Юрию Яковлевичу Чайке официально получено Генеральной прокуратурой. По неизвестным причинам ответа от Генерального прокурора России пока нет.



Уважаемый Юрий Яковлевич!

Обращаюсь к Вам с просьбой оказать содействие в восстановлении справедливости в судьбе моего подзащитного ДУШИНА Федора Вячеславовича, а так же сотрудников аптек ООО «ФИТОС» и ООО «ФИТОС-ЦЕНТР» КИЦЕНКО А.А., УЛИЦКОЙ Е.В., ПЛОТНИКОВОЙ И.Г., ТИТОВОЙ Л.Е., МИНЕЕВОЙ Е.Ю., ХАРИТОНОВОЙ Н.А., ЗВОНАРЕВОЙ Е.В., ВОРОБЬЕВОЙ О.И., ДЕМБИЦКОЙ М.В., УГНИЧ А.И., МАРКОВСКОЙ А.В., ШВЕЦОВОЙ К.И. так как считаю, что их дело (т.н. «Дело фармацевтов») является свидетельством использования правоохранительных органов, в качестве инструмента для сведения счетов с «неугодными» предпринимателями, а также показателем того, как при вынесении судебных решений закрываются глаза на очевидные факты нарушений закона по сбору доказательств, на неправильную квалификацию содеянного и т.п.

07 сентября 2009 года получил ответ и.о. начальника отдела управления по обеспечению участия прокуроров в надзорной стадии уголовного судопроизводства ВАЛОВА А.А. (№отв.-122/3-59702-09/3660 от 26.08.2009) на мое обращение в Комитет Государственной Думы по безопасности.

Был крайне удивлен двойственности позиции сотрудника Генеральной прокуратуры по вопросу привлечения виновных лиц к уголовной ответственности за совершенные ими преступления.

Обращаю Ваше внимание, на то, что в своем ответе ВАЛОВ А.А. пишет, что какой-либо заинтересованности КУЛИЕВЫХ В.Ф. (отец) и М.В. (сын) не установлено, постановление следователя о прекращении уголовного преследования в отношении РОДИОНОВОЙ, ЗЮЗИНОЙ, ГЛУШКО, а так же об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении КУЛИЕВА В.А. соответствуют закону. При этом ВАЛОВ А.А. указывает, что указанные лица сотрудничали со следствием, благодаря их показаниям была пресечена деятельность «преступной группы» и ее участники «изобличены в содеянном».

У меня при прочтении вышеуказанного, возник вопрос: «Каким законом руководствуется должностные лица генеральной прокуратуры, оправдывая незаконные действия следователя? На какой закон ссылается ВАЛОВ А.А. в своем письме?».

Согласно ч.4 ст.7 УПК РФ, постановления следователя, дознавателя должны быть законными.

В ч.1 ст.7 УПК РФ законодатель установил жесткое требование, что суд, прокурор, следователь, орган дознания и дознаватель не вправе применять федеральный закон, противоречащий УПК РФ.

В соответствии с ст.212 УПК РФ (на которую в своем постановлении ссылается следователь), уголовное дело и уголовное преследование прекращаются при наличии оснований, предусмотренных статьями 24 - 28 УК РФ.

Согласно ст.24 УПК РФ, уголовное дело не может быть возбуждено, а возбужденное уголовное дело подлежит прекращению по следующим основаниям:
1) отсутствие события преступления;
2) отсутствие в деянии состава преступления;
3) истечение сроков давности уголовного преследования;
4) смерть подозреваемого или обвиняемого, за исключением случаев, когда производство по уголовному делу необходимо для реабилитации умершего;
5) отсутствие заявления потерпевшего, если уголовное дело может быть возбуждено не иначе как по его заявлению, за исключением случаев, предусмотренных частью четвертой статьи 20 настоящего Кодекса;
6) отсутствие заключения суда о наличии признаков преступления в действиях одного из лиц, указанных в пунктах 1, 3 - 5, 9 и 10 части первой статьи 448 настоящего Кодекса, либо отсутствие согласия соответственно Совета Федерации, Государственной Думы, Конституционного Суда Российской Федерации, квалификационной коллегии судей на возбуждение уголовного дела или привлечение в качестве обвиняемого одного из лиц, указанных в пунктах 1 и 3 - 5 части первой статьи 448 УПК РФ.

Из содержания ст.27 УПК РФ следует, что уголовное преследование в отношении подозреваемого или обвиняемого прекращается по следующим основаниям:
1) непричастность подозреваемого или обвиняемого к совершению преступления;
2) прекращение уголовного дела по основаниям, предусмотренным пунктами 1 - 6 части первой статьи 24 Уголовного Кодекса;
3) вследствие акта об амнистии;
4) наличие в отношении подозреваемого или обвиняемого вступившего в законную силу приговора по тому же обвинению либо определения суда или постановления судьи о прекращении уголовного дела по тому же обвинению;
5) наличие в отношении подозреваемого или обвиняемого неотмененного постановления органа дознания, следователя или прокурора о прекращении уголовного дела по тому же обвинению либо об отказе в возбуждении уголовного дела;
6) отказ Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации в даче согласия на лишение неприкосновенности Президента Российской Федерации, прекратившего исполнение своих полномочий, и (или) отказ Совета Федерации в лишении неприкосновенности данного лица.

Предусмотренные статьями 25 и 28 УПК РФ основания так же не имеют ничего общего с указанными следователем в постановлении.

Так, ст.28 УПК РФ предусматривает, что суд, следователь с согласия руководителя следственного органа или дознаватель с согласия прокурора вправе прекратить уголовное преследование в отношении лица, подозреваемого или обвиняемого в совершении преступления небольшой или средней тяжести, в случаях, предусмотренных частью первой статьи 75 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Из которой следует, что лицо, впервые совершившее преступление небольшой или средней тяжести, может быть освобождено от уголовной ответственности, если после совершения преступления добровольно явилось с повинной, способствовало раскрытию и расследованию преступления, возместило причиненный ущерб или иным образом загладило вред, причиненный в результате преступления, и вследствие деятельного раскаяния перестало быть общественно опасным.

Принимая во внимание, что ни ГЛУШКО, ни РОДИОНОВА после совершения ими преступления добровольно с повинной в правоохранительные органы не являлись, давали свои признательные показания в качестве подозреваемых и обвиняемых (т.е. уже после того, как было начато производство по делу), причиненный ими ущерб никоим образом не загладили, только лишь их «активное» сотрудничество со следствием не соразмерно их активной роли в совершении преступления и не является достаточным основанием для применения ст.28 УПК РФ и 75 УК РФ.

В отношении КУЛИЕВА В.А. - финансового директора, который в силу сложившегося распределения обязанностей между ДУШИНЫМ и КУЛИЕВЫМ лично контролировал все финансовые потоки, реализацию и закупку лекарственных средств, работу с поставщиками и с кадрами – 04 сентября 2007 года следователь вообще вынес постановление об отказе в возбуждении уголовного дела (копия прилагается). Основания признания данного постановления аналогичны указанным ранее в отношении постановлений о прекращении уголовного преследования в отношении ГЛУШКО и РОДИОНОВОЙ.

Кроме того, КУЛИЕВУ В.А., как финансовому директору и человеку, который согласно его признанию в суде, лично контролировал все финансовые потоки и выдачу наличных средств в обоих обществах, должно было быть предъявлено обвинение и по ст.174.1 УК РФ. Данная статья по тяжести не относится ни к средним, ни к преступлениям небольшой тяжести. Как следствие, ст.28 УРК РФ и ст.75 УК РФ в отношении КУЛИЕВА В.А. не применима.

Думаю, что Вы согласитесь со мной, что в данной ситуации только суд, оценив все представленные ему по данному делу доказательства вправе при вынесении приговора дать соответствующую оценку вкладу вышеназванных лиц в расследование и изобличение «преступников» и применить ст.ст.64 и 73 УК РФ.

По мнению А.А. ВАЛОВА лицо, организовавшее совершение преступления, вовлекшее в его совершение иных лиц и отдававшее прямые указания своим подчиненным совершать действия, за которые впоследствии те были привлечены к уголовной ответственности, само может избежать уголовное преследование и для этого ему надо договориться со следователем и тот взамен необходимых ему показаний не только поможет преступнику свалить вину за свои преступления на другого человека, но и прекратит уголовное преследование.

Такое сотрудничество преступника и следователя, а так же действия последнего Генеральная прокуратура РФ считает ЗАКОННЫМИ?

В части 1 ст.1 Федерального закона от 17.01.1992 N 2202-1 (ред. от 17.07.2009) "О прокуратуре Российской Федерации" прокуратура Российской Федерации определена как единая федеральная централизованная система органов, осуществляющих от имени Российской Федерации надзор за соблюдением Конституции Российской Федерации и исполнением законов, действующих на территории Российской Федерации.

Согласно части 1 ст.10 этого же закона, в органах прокуратуры в соответствии с их полномочиями разрешаются заявления, жалобы и иные обращения, содержащие сведения о нарушении законов.

В жалобе, которую рассматривал ВАЛОВ А.А., я обращал внимание на то, что незаконно и необоснованно ДУШИНУ Ф.В. было вменено совершение им преступления, квалифицируемого по ч.4 ст.174.1 УК РФ, что привело к повторному наказанию за одно и тоже деяние. При этом в качестве сделок направленных на легализацию незаконно приобретенных денежных средств, следователи умудрились вменить договора займа заключенные задолго до первого вмененного ДУШИНУ Ф.В. нарушения правил лицензирования.

Кроме того, при квалификации деяния совершенного ДУШИНЫМ Ф.В. по пп. «а», «б» ч.2 ст.171 УК РФ, для «утяжеления» вины, следствием и за ним и судом (по моему мнению – умышленно, ибо с опытом судьи и следователей они не могли так ошибиться), ДУШИНУ Ф.В. вменили «незаконную» наценку на лекарственный препарат «бутарфанол тартрат», необоснованно сославшись на Постановление Правительства МО от 29.12.2001г. №457/49. Следствие и суд «закрыли глаза» на тот факт, что данное постановление утверждает предельные оптовые и предельные розничные надбавки к ценам на лекарственные средства, включенные в Перечень жизненно необходимых и важнейших лекарственных средств, ежегодно утверждаемый Правительством Российской Федерации и то, что в вышеуказанный Перечень препарат «Бурторфанола тартрат» не был включен, он также не входит ни в один из списков наркотических и психотропных средств и т.д.

В своем ответе ВАЛОВ А.А. указал, что в принесении надзорного представления отказано т.к. действия осужденных квалифицированы верно, приговор чрезмерно суровым не является и не противоречит принципу справедливости.

Статья 6.5 Приказа Генпрокуратуры РФ от 17.12.2007 N 200 (ред. от 05.09.2008) "О введении в действие Инструкции о порядке рассмотрения обращений и приема граждан в системе прокуратуры Российской Федерации" обязывает должностных лиц прокуратуры при отказе в удовлетворении обращения давать мотивированный и понятный ответ. В нем должна даваться оценка всем доводам обращения, а отказ в его удовлетворении должен быть обоснован.

Из данного же письма следует, что следователь, а за ним и суд вправе самостоятельно придумывать законы и применять эти выдуманные ими акты при привлечении лиц к уголовной ответственности, а прокуратура не вникая в суть происходящего, закроет глаза на их действия, а в ответе на обращение по этим фактам ограничится «дежурными фразами» (действия квалифицированы верно, наказание справедливое, оснований для принесения надзорного представления не имеется….).

При этом какого-либо изложения мотивов и обоснований принятого решения ответ ВАЛОВА А.А. не содержит. Полагаю, что по мнению автора ответа, я сам должен их придумать.

Рассмотрение и глубокое изучение вопроса применения ст.ст. 174 и 174.1 УК РФ очень важно не только защитникам, но и для прокуратуры.

В настоящее время неопределенность оснований ее применения дает возможность использовать данные статьи для давления на предпринимателей и порождает широкое поле для коррупции со стороны не только следственных органов, но и суда и прокуратуры.

Генеральная прокуратура РФ наделена полномочиями участвовать в правотворческой деятельности и имеет широкий круг возможностей для контроля за законностью применения данной статьи.

Полная и глубокая оценка законности (незаконности) привлечения ДУШИНА Ф.В. и др. к уголовной ответственности по ст.174.1 УК РФ дает возможность Генеральной прокуратуре РФ на конкретном примере определить самые больные места данной статьи, применить меры не только по устранению неопределенностей в ее применении, но также сделать шаг в борьбе с коррупцией в правоохранительных органах, суде и прокуратуре.

«Правовой нигилизм» рождается не за партами школ и институтов. Решения лиц, наделенных правом применять закон, формируют мнение людей о последствиях совершаемых ими проступков, в том числе и о безнаказанности. Самое страшное в том, что на примере уголовного дела в отношении ДУШИНА Ф.В. видно что «правовой нигилизм» имеет место не только среди простых граждан, но и среди должностных лиц в обязанности которых не только применять закон, но и контролировать обоснованность его применения.

Я не думаю, что Вы разделяете позицию Вашего подчиненного и обращаюсь к Вам как к руководителю, который в рамках своих должностных обязанностей и полномочий, в силах принять меры, устраняющие возможность самопроизвольного прочтения и применения действующего уголовного и уголовно-процессуального закона кем бы то ни было. Прошу Вас обратить внимание на уголовное дело в отношении ДУШИНА Ф.В. и заставить должностные лица прокуратуры рассмотреть его не с позиции «корпоративного интереса», а как того требует Закон, т.е. с позиции законности и защиты прав прежде всего гражданина и общества, членами которого мы с Вами являемся.

С учетом вышеизложенного, ПРОШУ:

Дать правовую оценку вышеуказанной информации и в рамках своих полномочий принять меры по восстановлению законности и справедливости.


С уважением,
Александр Тверетин
 
 


« В архив
« На главную страницу
 



Отказаться от тюрьмы
 
Президиум Мосгорсуда отменил приговор журналистке Айгуль Махмутовой
 
Дума повысит ущерб
 
Госдума поправит «легализацию» в УК
 
«Эффект Дымовского» дошел до военной прокуратуры: следователь Попков рассказал об упадке в органах
 
Беседа с майором Дымовским
 
Криминал в политике или политика в криминале?
 
Дымовскому в Москве пожали руку милиционеры, объявившие голодовку
 
Архив »

Институт верховенства права